Михаил Галустян: «В "Бородаче" основным мотивом станет любовь»

Вам легко было вернуться к этому образу?

— Да. Вы знаете, все образы, которые я показываю, они уже сидят где-то внутри меня. Там, внутри, всем хватает места. Бородачу тоже хватило, так что его играть было легко.

Создавая образ, вы играете себя или живете придуманной для персонажа жизнью? Например, у британского комика Саши Барона Коэна несколько стандартных образов — Борат или Али Джи, и на публике он старается придерживаться одной из выбранных ролей.

— Я вообще стараюсь не играть, а жить. Вот в этом, наверное, и есть разница между актерскими стилями. Кто-то играет, кто-то живет. Я стараюсь через себя пропускать, стараюсь чуть-чуть прожить своего героя. Понять, кто он, что ему нравится, какие фильмы он любит, кто у него друзья и родственники. Мне так легче.

У Коэна образы получаются четкие, которые узнаются сразу. У вас нет ощущения, что вы немножко распыляетесь, что ли, в своих многочисленных героях и чеканных персонажей вроде Равшана или Бородача выдаете редко.

— Знаете, мы живем в век таких технологий, что информационное пространство очень сильно заполнено и нужно постоянно что-то придумывать. Если бы я взял только один образ и все время на нем выезжал, вы бы спросили: не надоело вам играть одно и то же? Со временем я понял, что критика все равно будет. Так что самое главное, чтобы то, что я делаю, нравилось прежде всего мне. А в широкой палитре образов плюсов больше.

У вас интернациональная команда, но вас все время пытаются критиковать по поводу того, что вы кого-то оскорбили, обвиняют в нетолерантности. Что обычно отвечаете критикам?

— Обычно мне высказывают не претензии, а говорят слова благодарности. Конечно, в случае с гастарбайтерами было всякое. Говорили, например: Миша, мы так не разговариваем, у нас такого языка нет. Я на это отвечал, что, уверен, они и многие вещи-то не делают, которые я показываю. Но это же скетчком, в нем образы выпуклые и должны быть гиперболизированы.

Вы назвали Бородача маленьким человеком. Этот образ сейчас — через сто лет после Чарли Чаплина — все еще способен удивлять?

— Смотря через какую призму его показать. Если просто сказать: есть такой маленький человек — то, наверное, и не удивит. Важны актерские данные, важно время, место, когда это показано, где, кем, как. Вот вы зашли и увидели везде фотографии, с которых смотрит Бородач, Бородач, Бородач (интервью состоялось во время презентации сериала для журналистов. — Прим. ред.). Но Бородач — это вершина айсберга, за ним стоит целая машина по производству. Авторы, костюмеры, гримеры, сценаристы, актеры, большой коллектив, который трудится ради сериала. И венец всему этому — человек, который пришел после работы, включил телевизор и хотя бы просто улыбнулся.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *